домой 18 июня 10:49

Российский союз промышленников и предпринимателей

Поиск

Точка зрения

В экономике сегодня накоплен высокий уровень рисков

Помощник президента РФ по экономике Андрей Белоусов в эксклюзивном интервью «Газете.Ru» рассказал, что он думает о санкциях, менталитете западных партнеров, а также о ставках по кредитам и инфляции в России.

— Санкции Запада — возможно ли смягчение, если об отмене говорить рано?

— Прогресс в этом деле есть. И на ПМЭФ-2016 резко проявился интерес к этой теме, значительнее, чем на таком же питерском форуме, который был год назад.

Мы видим возросшее количество американцев на форуме. Большое количество англичан. Я уж не говорю о наших традиционных партнерах, таких как Германия, Италия... Более 50 иностранных компаний на форуме — на уровне первых лиц, а всего порядка 500.

— В связи с чем усилился интерес западного бизнеса к России? Принципиально вроде бы ничего не изменилось по Крыму...

— Причин для усиления интереса несколько. Западным партнерам важно понять, какие стратегические направления выберет Россия, и питерский форум традиционно — одна из площадок, на которой обсуждаются глобальные проблемы. Всегда привлекают внимание выступления российского президента на эту тему.

В Европе сейчас среди представителей бизнеса, да и среди политиков тоже, нарастает убежденность в необходимости вернуться к диалогу, возобновлять политические и экономические контакты.

— Похоже на то, что желание восстановить связи с Россией не в последнюю очередь продиктовано тем, что экономика ЕС восстанавливается не теми темпами, на которые надеялся западный бизнес? Или это ментальные изменения?

— И с тем, что экономика гораздо медленнее восстанавливается, особенно в Европе. И с тем, что Россия рассматривается как перспективный рынок и перспективный партнер, несмотря ни на что. Практически не было ухода иностранных, в первую очередь европейских, компаний и тех, которые имеют здесь свои представительства. Их в России почти 13 тысяч.

Я не могу припомнить случая, чтобы кто-то из них ушел даже в самые тяжелые времена. Наоборот, иностранные компании, которые видят риски ослабления экономики, стараются всячески закрепиться в России.

— Но пока Россия не жалует комфортными условиями ведения бизнеса. Одна из самых проблемных точек — скачки инфляции, и, похоже, Центробанку не удастся, как планировалось, выйти на таргет в 4% к 2017 году?

— Нет, не соглашусь, мы в общем-то можем достичь 4%.

— За оставшиеся полгода? Сбить инфляцию с почти двузначной до 4%? Считаете, реально?

— Планировалось выйти на этот показатель в 2017 году.

— Изначально глава ЦБ заявляла о выходе на таргет к 2017 году, позже это «к» трансформировалось в «в», тем самым ЦБ добавил себе еще годик...

— Не будем придираться к предлогам. В этом году это труднодостижимая цель, а в следующем выйти на инфляцию в 4–5%, думаю, достижимо.

— Ставки по кредитам снизятся в итоге?

— Вот давайте на эту тему не будем говорить. Приведет ли снижение инфляции к снижению ставок? Тут я бы сильно поспорил. Конечно, инфляция — один из факторов движения ставок. Но не менее важно — это уровень рисков.

В экономике сегодня накоплен высокий уровень рисков, и именно это держит банковские ставки высокими.

Посмотрите на динамику роста плохих долгов в первом квартале (на 1 апреля, просроченные кредиты компаний — рост 10%, доля плохих кредитов физическим лицам выросла до 13,4% и превышает 1 трлн руб. — «Газета. Ru»). Это очень характерный показатель. Чем меньше банки кредитуют экономику, тем быстрее растут плохие долги. Чем выше плохие долги, тем больше средств нужно отвлекать из капитала для резервирования. Получается такой замкнутый круг, и это, конечно, дополнительно давит на ставки по кредитам, они идут вверх.

— У экспертного сообщества складывается ощущение, что ЦБ часто играет против рубля. Только-только рубль укрепится к основным валютам, как ЦБ начинает скупать доллары или понижать ставку. В итоге ритейл, сфера услуг, потребительский сектор в целом проседают, компании разоряются... И ради чего? Наполнить бюджет «фантиками»?

— У нас противоположные ощущения. Я не считаю, что ЦБ играет против рубля. Это первое.

Второе — чем слабее рубль, тем лучше, но в определенных диапазонах.

Да, укрепление рубля ведет к тому, что валютные доходы бюджета, пересчитанные, естественно, в рублях, начинают сокращаться. Есть и другие причины вести именно такую политику. Это большая тема…

— На форуме с вашим участием состоялась презентация Агентства по технологическому развитию...

— Да, агентство создано по просьбам самого бизнеса. Планируется поддержка российского бизнеса, имеющего потенциал для производства продукции, конкурентной на западных рынках. Оно будет оказывать информационную поддержку, консалтинговую поддержку, сопровождать сделки. На поддержку этого института развития выделено 200 млн руб. Но услуги агентства для бизнеса будут платными, и со временем оно должно выйти на самоокупаемость.

— Санкции Запада — возможно ли смягчение, если об отмене говорить рано?

— Прогресс в этом деле есть. И на ПМЭФ-2016 резко проявился интерес к этой теме, значительнее, чем на таком же питерском форуме, который был год назад.

Мы видим возросшее количество американцев на форуме. Большое количество англичан. Я уж не говорю о наших традиционных партнерах, таких как Германия, Италия... Более 50 иностранных компаний на форуме — на уровне первых лиц, а всего порядка 500.

— В связи с чем усилился интерес западного бизнеса к России? Принципиально вроде бы ничего не изменилось по Крыму...

— Причин для усиления интереса несколько. Западным партнерам важно понять, какие стратегические направления выберет Россия, и питерский форум традиционно — одна из площадок, на которой обсуждаются глобальные проблемы. Всегда привлекают внимание выступления российского президента на эту тему.

В Европе сейчас среди представителей бизнеса, да и среди политиков тоже, нарастает убежденность в необходимости вернуться к диалогу, возобновлять политические и экономические контакты.

— Похоже на то, что желание восстановить связи с Россией не в последнюю очередь продиктовано тем, что экономика ЕС восстанавливается не теми темпами, на которые надеялся западный бизнес? Или это ментальные изменения?

— И с тем, что экономика гораздо медленнее восстанавливается, особенно в Европе. И с тем, что Россия рассматривается как перспективный рынок и перспективный партнер, несмотря ни на что. Практически не было ухода иностранных, в первую очередь европейских, компаний и тех, которые имеют здесь свои представительства. Их в России почти 13 тысяч.

Я не могу припомнить случая, чтобы кто-то из них ушел даже в самые тяжелые времена. Наоборот, иностранные компании, которые видят риски ослабления экономики, стараются всячески закрепиться в России.

— Но пока Россия не жалует комфортными условиями ведения бизнеса. Одна из самых проблемных точек — скачки инфляции, и, похоже, Центробанку не удастся, как планировалось, выйти на таргет в 4% к 2017 году?

— Нет, не соглашусь, мы в общем-то можем достичь 4%.

— За оставшиеся полгода? Сбить инфляцию с почти двузначной до 4%? Считаете, реально?

— Планировалось выйти на этот показатель в 2017 году.

— Изначально глава ЦБ заявляла о выходе на таргет к 2017 году, позже это «к» трансформировалось в «в», тем самым ЦБ добавил себе еще годик...

— Не будем придираться к предлогам. В этом году это труднодостижимая цель, а в следующем выйти на инфляцию в 4–5%, думаю, достижимо.

— Ставки по кредитам снизятся в итоге?

— Вот давайте на эту тему не будем говорить. Приведет ли снижение инфляции к снижению ставок? Тут я бы сильно поспорил. Конечно, инфляция — один из факторов движения ставок. Но не менее важно — это уровень рисков.

В экономике сегодня накоплен высокий уровень рисков, и именно это держит банковские ставки высокими.

Посмотрите на динамику роста плохих долгов в первом квартале (на 1 апреля, просроченные кредиты компаний — рост 10%, доля плохих кредитов физическим лицам выросла до 13,4% и превышает 1 трлн руб. — «Газета. Ru»). Это очень характерный показатель. Чем меньше банки кредитуют экономику, тем быстрее растут плохие долги. Чем выше плохие долги, тем больше средств нужно отвлекать из капитала для резервирования. Получается такой замкнутый круг, и это, конечно, дополнительно давит на ставки по кредитам, они идут вверх.

— У экспертного сообщества складывается ощущение, что ЦБ часто играет против рубля. Только-только рубль укрепится к основным валютам, как ЦБ начинает скупать доллары или понижать ставку. В итоге ритейл, сфера услуг, потребительский сектор в целом проседают, компании разоряются... И ради чего? Наполнить бюджет «фантиками»?

— У нас противоположные ощущения. Я не считаю, что ЦБ играет против рубля. Это первое.

Второе — чем слабее рубль, тем лучше, но в определенных диапазонах.

Да, укрепление рубля ведет к тому, что валютные доходы бюджета, пересчитанные, естественно, в рублях, начинают сокращаться. Есть и другие причины вести именно такую политику. Это большая тема…

— На форуме с вашим участием состоялась презентация Агентства по технологическому развитию...

— Да, агентство создано по просьбам самого бизнеса. Планируется поддержка российского бизнеса, имеющего потенциал для производства продукции, конкурентной на западных рынках. Оно будет оказывать информационную поддержку, консалтинговую поддержку, сопровождать сделки. На поддержку этого института развития выделено 200 млн руб. Но услуги агентства для бизнеса будут платными, и со временем оно должно выйти на самоокупаемость.

Rambler's Top100 Rambler's Top100