домой 24 марта 20:57

Российский союз промышленников и предпринимателей

Поиск

Точка зрения

Снижение нагрузки на бизнес не уравновешено наказанием

На Гайдаровском форуме представитель Россельхознадзора Алексей Алексеенко заявил, что в стране фальсифицируются почти все виды продовольствия. Ранее правительство утвердило стратегию борьбы с контрафактом и фальсификатом. Глава Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) Алексей Абрамов рассказал “Ъ”, как госкомиссия по контрафакту собирается штрафовать нарушителей и какую роль в очистке рынка должна сыграть новая добровольная система сертификации продукции.

— Правительство недавно утвердило стратегию борьбы с контрафактом. Как ее можно будет реализовать?

— По нашему мнению, потребуется тесная координация деятельности разных ведомств в этом направлении. Борьба с контрафактом — работа, которая должна проводиться параллельно с формированием условий для развития цивилизованного рынка. Сейчас мы видим, что любая продукция на рынке найдет своего потребителя, и неважно, какого она качества. Одни производители готовы работать по правилам, другие эти правила вообще не признают. Естественно, они находятся в неравном рыночном положении. Мне кажется, на государственном уровне важно обозначить некоторые долгосрочные приоритеты в области качества, в том числе в виде специальных преференций производителей и мер по стимулированию потребления качественной продукции.

— В чем недостатки действующей системы госконтроля?

— Надо признать, что в целом традиционные инструменты госконтроля уже не работают в целях надзора за продукцией на рынке. Плановые или внеплановые проверки с предупреждением производителя далеко не всегда позволяют эффективно выявлять, устранять и предотвращать нарушения. Существующие законодательные ограничения для проведения государственных контрольных мероприятий и общее снижение контрольной нагрузки на бизнес не уравновешены адекватными мерами наказания для злостных нарушителей. К сожалению, даже в отношении серьезных правонарушений судебная практика идет по пути значительного снижения назначенных административных штрафов. В рамках совершенствования государственного контроля было бы правильным двигаться в сторону введения экономически обоснованных санкций в отношении нарушителей, соразмерных не только тяжести содеянного, но и размеру незаконно извлеченного дохода. Такой подход принципиально одобрен Государственной комиссией по противодействию контрафакту, которую возглавляет министр промышленности и торговли Денис Мантуров. Помимо системной работы контрольно-надзорных органов и деятельности правоохранительных органов основное внимание необходимо уделять созданию условий для развития цивилизованного рынка и поощрению добросовестного поведения.

— Система техрегулирования была переформатирована для вступления РФ в ВТО. Как будет развиваться система управления безопасностью и качеством на рынке далее?

— Да, в начале 2000-х мы имплементировали передовые международные принципы и практики. В технических регламентах были установлены минимальные для допуска на рынок требования по безопасности и закреплены процедуры подтверждения соответствия. Теперь же наша с Минпромторгом России задача — постараться переосмыслить инструменты сертификации, создать современную инфраструктуру качества и предложить российским производителям, потребителям и ритейлерам авторитетную национальную систему сертификации, которой будут доверять все участники рынка.

— Многочисленные добровольные системы, существующие на рынке, не работают?

— Действительно, у нас слишком много добровольных систем сертификации, это недостаток нашего регулирования. Такие системы могут регистрироваться в уведомительном порядке, не представляя потом практически никакой отчетности о результатах своей деятельности. Государство как регулятор вообще не знает, что происходит после регистрации таких систем. По нашему мнению, должны быть прозрачные правила игры, четко прописанные процедуры подтверждения соответствия, публичная отчетность о результатах работы, открытые реестры результатов оценки соответствия, четкая идентификация и прослеживаемость сертифицированной продукции, надлежащий инспекционный контроль со стороны органов по сертификации.

— Как соотносится запуск национальной системы добровольной сертификации с участием государства в контроле качества?

— Напомню, что в нашей стране долгое время превалировал подход, опирающийся на государственную систему всеобъемлющей обязательной сертификации и тотальный контроль перед выпуском продукции на рынок. Всем известны «государственная приемка» и «пятилетки» борьбы за качественную продукцию. Национальная система сертификации задумана как добровольный проект и ориентирована на укрепление доверия между участниками рынка. Государство в рамках этого проекта определяет правила игры и обеспечивает создание и развитие необходимой инфраструктуры.

— Суть новой системы — повышенные требования к производителям?

— Не совсем. Вопрос в соблюдении существующих стандартов и подтверждении этого лабораториями Росстандарта: их сегодня около 50, плюс около 20 органов по сертификации. В целях выстраивания цепочки доверительных отношений заинтересованными участниками рынка будут добровольно приниматься на себя обязательства по прохождению процедур подтверждения соответствия. Орган по сертификации будет подписывать договор с производителем продукции, которому дана возможность эту продукцию маркировать знаком соответствия национальным стандартам,— и в отношении такой продукции, согласно договору, в любой момент, на производстве или при реализации, могут быть проведены лабораторные испытания на предмет соответствия качества заявленным параметрам.

— Есть ли какая-то отдельная статистика по контрафакту и фальсификату в разных отраслях? Достаточно ли хорошо представляют ведомства, с чем они борются?

— Официальной статистики, естественно, нет, это невозможно посчитать. Обычно контролирующие органы отталкиваются от показателей выявляемости конкретных нарушений и объема проведенных проверок, а также доли продукции с отклонениями по контролируемым параметрам. Мне кажется, неправильно делать серьезные выводы на основе оценочной доли контрафакта на рынке. Это скорее один из индикаторов комфортности ведения бизнеса добросовестными участниками.

— А можно ли сказать про отношения с коллегами по ЕАЭС, что это «дорога с двусторонним движением» — например, техрегламент в строительстве готовится уже около пяти лет. Можно ли организовать единое техрегулирование в ЕАЭС?

— Это вполне реально, но требует достаточно много времени и усидчивости от тех, кто этими вопросами занимается. На этапе формирования Таможенного союза, на волне интеграционного патриотизма три страны приняли сразу несколько десятков технических регламентов. Дальше процесс пошел намного медленнее. Думаю, есть большой шанс того, чтобы в ближайшее время был принят единый технический регламент на строительные материалы.

— В августе вы сообщали, что создается новый технический комитет по стройматериалам — в итоге его создали?

— Он будет создан в текущем году. Сейчас мы просто продлили процедуру приема заявок на участие в этом техническом комитете. В нем заинтересована отрасль производства строительных материалов, которую сегодня курирует Министерство промышленности и торговли. Смысл стандартизации в том, что само профессиональное сообщество, опираясь на принципы саморегулирования, разрабатывает стандарты не только для промышленных предприятий, но и для потребителей строительной продукции. Сейчас, увы, эти работы идут пока не очень активно, ежегодно принимается около 2 тыс. стандартов — и из них на строительные материалы менее 3%.

— Несколько лет назад обсуждались инициативы ввести еврокоды в строительстве. Эта тема актуальна ли до сих пор? Если от нее решили отказаться, то почему?

— О еврокодах все поговорили, но забыли о том, что помимо еврокодов есть еще евростандарты, которые взаимосвязаны с этими кодифицированными документами по строительству, их порядка 1500. Где-то 3% от числа этих стандартов сейчас сопряжено с российским законодательством. Гармонизация европейских требований идет недостаточно активно, эту задачу как раз должен решить новый технический комитет по стройматериалам.

— Есть ли какие-то идеи сопряжения стандартов российских и стандартов отдельных азиатских стран?

— Для колесной техники, дорожно-строительной, электротехники превалируют международные стандарты, по которым работают все. Азиатский трек не очевиден для российской системы стандартизации. При всем многообразии России как страны, которая находится и в европейской, и в азиатской части Евразии, мы все-таки с точки зрения культуры стандартизации больше тяготеем к европейскому укладу. Но мы изучаем, например, сингапурский опыт организации дорожного движения и формирования городской среды, сочетающей вопросы безопасности, удобства и комфорта. Также, к примеру, есть достаточно большое количество национальных стандартов, принятых на основе документов американского института ASTM.

— В каких отраслях?

— В нефтегазовой отрасли, в химической промышленности, нефтепереработке.

— Экологически это не совсем благоприятные производства. Как идет экологическая реформа, предполагающая переход на наилучшие доступные технологии? Удастся закончить ее в срок?

— У меня нет сомнений по этому поводу, это поручение главы государства. За Росстандартом закреплена разработка справочников по наилучшим доступным технологиям. Мы сейчас разработали около половины от нужного объема. В прошлом году — 10 справочников, в этом году 13 документов, в 2017 году планируется 28. Нам было очень сложно, особенно вначале, вовлечь промышленность в эту работу и убедить, что собираемые данные о реальных экологических показателях производства не будут использованы для карательных мер. В рамках этого проекта на государственном уровне с участием бизнеса обеспечивается синхронизация целеполагания двух политик — промышленной и экологической.

— Реформа перехода на НДТ заимствует европейский опыт?

— Да, в Европе вопросом экологии озаботились несколько десятков лет назад. У нас не было столько же времени, но мы использовали их опыт и методологию. В Европе эта работа проводилась не в рамках одной страны, а в рамках всего Европейского союза. В перспективе было бы правильно эту работу рассматривать в разрезе стран ЕАЭС, ведь экология является нашим общим достоянием и требует бережного отношения, независимо от государственных границ и национальных юрисдикций.

— В РФ с 1 июля 2016 года действует базовый закон о стандартизации, можете ли обобщить первые итоги применения?

— Есть интересная норма в федеральном законе о госзакупках, связанная с процедурой описания объекта закупки через стандартные показатели. Для основной массы закупок по умолчанию должны использоваться стандарты. Мы должны понимать, что если госзаказчик не удовлетворен качеством стандарта, почему-то не применяет его, то мы должны достаточно оперативно на это отреагировать. Но пока у нас недостаточно аналитики, насколько госзаказчики соблюдают правила 44-ФЗ о заказе по стандарту.

— Стандартизация — один из способов борьбы с закупками, когда, указывают вместо бензина «прозрачную жидкость для автомобиля», вместо стула — «мебель для сидения». Росстандарт, кроме разъяснительной работы с ФАС и Счетной палатой, бороться с этим не может?

— То, о чем вы говорите,— это издевательство в целом над самой системой размещения закупок и злонамеренные действия представителей заказчиков, это в принципе нарушение требований об однозначности идентификации объекта закупок. Здесь к заказчикам могут прийти с проверкой даже не только ФАС или Счетная палата, но и сотрудники правоохранительных органов.

— Проблему должен был решить каталог товаров, работ и услуг, который пока не начал работать. Вы участвуете в работе?

— Года полтора-два назад мы активно взаимодействовали с Минэкономразвития и предлагали свое видение, как мы видим архитектуру этого каталога, как он должен строиться, методологию его формирования. Но сегодня нам ничего не известно о судьбе этого проекта. Методологически это большая тяжелая работа и, возможно, даже не все до конца понимают ее реальный объем. Это три-пять лет работы, привлечение больших команд, создание больших информационных систем, эффективность которых пока не совсем очевидна.

— Недавно вы подписали соглашение о взаимодействии с корпорацией МСП, можете ли пояснить, о чем речь?

— Объективно недостаточная стандартизация продукции и услуг на малых предприятиях существенно ограничивает возможность выхода малого бизнеса на госзакупки и на международные рынки. Стандартизацию планируется развивать в тесном взаимодействии с предпринимательскими ассоциациями и МСП корпорацией. В рамках софинансирования таких работ Росстандарт выделяет около 30 млн руб. в год на эти цели. На каждый стандарт у нас есть возможность возместить затраты до полумиллиона рублей.

Мы должны создавать также стимулы для активного применения стандартов в малых и средних компаниях, предусмотреть специальную ценовую линейку на услуги по испытаниям и сертификации продукции, выпускаемой малыми компаниями. Но мы не будем делать это бесплатно. Никакие документы, к примеру сертификаты, продавать не собираемся. Наша задача — обеспечить взаимное доверие друг к другу. Сейчас мы хотим вместе с коллегами из Корпорации МСП встроить эту информацию в систему «Бизнес-навигатор».

— Как вы собираетесь убеждать малый бизнес в том, что им нужны добровольные стандарты? С их помощью легче пробиться к госзаказу или к экспорту?

— Есть еще стандарты систем менеджмента качества, экологического менеджмента и ряд других — помогающие оптимизировать управленческие процедуры, снижать затраты и увеличивать свою эффективность. Мне кажется, было бы правильно в перспективе связывать меры государственной поддержки малого и среднего бизнеса с внедрением современных управленческих стандартов.

Коммерсантъ

Rambler's Top100 Rambler's Top100