Заседание Правительства России с участием членов Бюро Правления РСПП
11 Июня 2014 00:00:00

Фотогалерея

11 июня 2014 года состоялось заседание Правительства России с участием членов Бюро Правления РСПП.

Основной вопрос повестки – о развитии института оценки регулирующего воздействия.

* * *

Стенограмма:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги! У нас заглавный вопрос повестки дня касается института оценки регулирующего воздействия.

Мы с вами постоянно занимаемся вопросами снижения административных барьеров. Где-то у нас получается лучше, где-то, может быть, не так хорошо, тем не менее одним из важных инструментов для решения этой задачи является анализ того, насколько эффективно будут работать принимаемые законы на практике. По сути, это нормальный способ обратной связи с экспертным сообществом, с бизнесом, которые и участвуют в проведении подобного анализа.

С 2010 года подготовлено более 2,5 тыс. заключений о регулирующем воздействии нормативных актов Правительства и отдельных министерств. Запущен специализированный интернет-портал, который стал удобной площадкой для публичных консультаций по этим вопросам. В этих консультациях участвуют и общественные объединения предпринимателей, я имею в виду ТПП, РСПП, «Деловую Россию», «Опору России» и просто экспертные круги.

В последнее время количество принимаемых актов значительно выросло. Систему оценки нам необходимо развивать, и есть несколько направлений такого развития. Первое направление: конечно, нужно определить те сферы, в которые проекты документов Правительства, актов министерств должны проходить процедуру оценки.

Понятно, что речь идёт о тех областях, которые в наибольшей степени чувствительны для бизнеса. Прежде всего, это вопросы госконтроля, таможенного дела, таможенного дела, налогов, сборов, обязательных требований к продукции, процессам её производства, в общем, на самом деле почти всё, что касается экономики, так или иначе влияет и на подобного рода оценку регулирующего воздействия для бизнеса.

Второе. Практика показывает (об этом мне, кстати, неоднократного говорили коллеги из РСПП и из других структур), что после первого чтения в Государственной Думе проекты законов могут существенно меняться, и поэтому они нуждаются в новой оценке перед вторым чтением. Необходимо расширить полномочия Комиссии Правительства по законопроектной деятельности, чтобы она имела возможность обращаться к депутатам с соответствующими предложениями.

Третье, о чём хотел бы сказать, – оценка воздействия правовых актов, которые принципиальным образом меняют правила работы бизнеса. Её нужно проводить не только на стадии подготовки документов, но и спустя какое-то время, может быть, через несколько лет после вступления документа в силу, чтобы по итогам этого обсуждения принять окончательное решение о его судьбе. Рассчитываю, что дальнейшее развитие института оценки как раз и сможет повысить качество документов и качество нормотворчества. Сегодня об этом доложит Министр экономического развития, и у нас приглашён наш коллега из Экспертного совета при Правительстве Владимир Сергеевич Лисин.

Мы также с вами сегодня обсудим важный законопроект, который направлен на реорганизацию «Почты России» из федерального унитарного предприятия в акционерное общество. Мы понимаем, что нынешнее состояние «Почты», мягко говоря, не блестящее.

К компании накопилось много претензий как со стороны потребителей, так и со стороны рынка в целом. Очевидно, что «Почта России» нуждается в масштабном обновлении. Мы неоднократно эту тему на самых разных совещаниях обсуждали. Нынешняя организационно-правовая форма унитарного предприятия в целом тормозит развитие «Почты», мы вообще по большому счету уходим сейчас от унитарных предприятий. В частности, есть серьёзные ограничения для инвесторов, без которых деятельность любой компании немыслима. В этом контексте Правительство решило принять решение о преобразовании этого предприятия в акционерное общество, при этом оставив за государством все 100% акций. Я надеюсь, что реорганизованная компания будет работать лучше, появится возможность для привлечения долгосрочных инвестиций, включая так называемую дистанционную торговлю, оказание новых услуг. «Почта», конечно, должна быть уже не почтовым ведомством, как это было в царские и советские времена, которая отвечает просто за доставку посылок, писем, а, по сути, хорошо работающим предприятием. Почти 42 тыс. отделений фактически связывают всю нашу страну, могут выполнять и новые функции, которых раньше не было, – функции коммуникативных центров, создают возможность для наших людей прийти в почтовое отделение, воспользоваться интернетом, оплатить коммунальные услуги, купить необходимые вещи, в том числе с использованием интернет-торговли. Такая возможность должна быть у всех отделений нашей «Почты» и, конечно, у всех людей, которые проживают в самых отдалённых уголках нашей страны.

Законопроект предусматривает, что акционерное общество «Почта России» не будет внесено в план приватизации, то есть оно не будет приватизироваться. Кроме того, к этому акционерному обществу перейдут права и обязанности действующего ФГУП, то есть унитарного предприятия, включая его ответственность по кредитным обязательствам. Надеюсь также, что такого рода преобразование не потребует дополнительных средств ни из федерального бюджета, ни из бюджетов других уровней.

Также мы сегодня рассматриваем субсидии и другие бюджетные трансферты в сфере образования. Правительство продолжает оказывать поддержку высшей школе, чтобы достичь тех целей, которые мы перед собой поставили, они очень амбициозные. В прошлом году на поддержку ведущих университетов (напомню сначала о высших учебных заведениях) было выделено порядка 9 млрд рублей. В этом году на финансирование этих же университетов, которые мы относим к ведущим, запланировано более 10 млрд. Это одно из решений.

Кроме того, у нас закончился учебный год в школах. Через три месяца начинается новый учебный год, даже чуть раньше. Важно, чтобы все школы всех субъектов работали по общероссийским стандартам, включая, естественно, и крымские школы. Для этого нужно провести модернизацию региональных систем образования, укрепить материально-техническую базу. Все учебные заведения должны быть более комфортными, более современными, и, конечно, нужно обеспечить детей всем, что им понадобится в учёбе, включая автобусы, включая, естественно, учебники и всё, что связано с обеспечением нормального учебного процесса, и для учителей создать возможности для повышения квалификации. На эти цели в 2014 году Республике Крым и городу Севастополю планируется выделить более 3 млрд рублей.

И ещё один вопрос касается развития многофункциональных центров. Полномочия по организации МФЦ возложены на субъекты Российской Федерации. Для региональных бюджетов это дополнительные затраты.

Я напомню, на прошлом заседании Правительства мы рассмотрели вопрос о распределении доходов от уплаты пошлины за государственные услуги поровну между федеральным бюджетом и бюджетами регионов под соответствующие цели, одобрили изменения в Бюджетный кодекс. Сегодня утвердим распределение 6 млрд рублей, которые предусмотрены в федеральном бюджете для завершения этой работы. Деньги должны пойти на оснащение помещений, где проходит приём граждан, чтобы были нормальные рабочие условия, комфортные в разумной степени для всех, кто приходит на соответствующую территорию для получения государственных услуг, включая, конечно, и инвалидов, и пожилых людей, и посетителей с детьми.

Есть ряд других вопросов, которые мы тоже с вами рассмотрим.

Давайте приступим к обсуждению вопросов повестки дня.

По первому вопросу пожалуйста, Алексей Валентинович Улюкаев.

А.Улюкаев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Снижение административных барьеров для регулирования является мощным рычагом повышения конкурентоспособности нашего бизнеса. По оценкам экспертов, порядка 30–35% всех издержек составляют так называемые трансакционные издержки, во многом связанные именно с этими барьерами. Институт оценки регулирующего воздействия вот уже четвёртый год является таким заслоном для создания дополнительного обременения бизнеса и в этом смысле серьёзного улучшения инвестиционного климата.

Я не буду говорить о статистике, Председатель Правительства уже назвал несколько цифр. Перейду к изменениям, которые уже происходят и предполагаются к проведению в области оценки регулирующего воздействия. Первое – это, как уже было сказано во вступительном слове, распространение механизма оценки регулирующего воздействия на проекты поправок ко второму чтению законопроектов, которые рассматриваются в Государственной Думе. В части законопроектов, которые подготовлены Правительством, такая работа уже ведётся, сегодня 38 проектов этих поправок проходят процедуру ОРВ на официальном сайте regulation.gov.ru.

Относительно законопроектов, которые были инициированы иными субъектами законодательной инициативы, – пока это не работает. К сожалению, таких обращений ещё не было, и, действительно, мы сейчас отрабатываем вместе с коллегами из Государственной Думы механизм, при котором, с одной стороны, безусловно, принцип разделения властей утверждался бы, но, с другой, мы могли бы инициировать соответствующие процедуры через обращение Комиссии по законопроектной деятельности, направление запроса о проведении ОРВ в Государственную Думу и механизм принятия Государственной Думой решения об удовлетворении такого рода запросов.

Оценка регулирующего воздействия является практикой уже не только на федеральном уровне, но и на уровне субъектов Федерации, и хотя обязательной она стала только с января текущего года, у нас уже в ряде субъектов ещё с 2011 года она ведётся. В 80 субъектах Российской Федерации определён уполномоченный орган в области оценки регулирующего воздействия, 77 регионов приняли нормативные акты, которые устанавливают порядок проведения ОРВ, экспертизы и оценки проектов.

В разных регионах успешность может быть оценена по-разному, есть у нас лидеры, такие как Ульяновская область, Чувашская Республика, где эффекты оцениваются в суммах сотни миллионов и даже миллиардов рублей экономии бизнеса от непринятия тех нормативно-правовых актов, которые могли бы быть излишним обременением. В других этого пока нет. Мы начинаем довольно массово и масштабно обучать работе с институтом оценки регулирующего воздействия участников процесса на уровне субъектов Федерации. 

Муниципалитеты. С 1 января 2015 года у нас становится обязательной процедура ОРВ для административных центров субъектов Федерации, с 2016 года – для муниципальных районов, городских округов и внутригородских территорий, с 2017 года – для всех остальных муниципальных образований. Это вызывает некоторое беспокойство, в том числе в экспертном сообществе. Дело в том, что не вызывает сомнения необходимость оценки регулирующего воздействия в административных центрах субъектов. Это крупные города, там основные активы бизнеса сосредоточены, и там принимаются решения, которые в самом деле чувствительны для предпринимательской деятельности. В то же время для иных муниципальных образований мы считали бы правильным устранить требования обязательности проведения ОРВ, сделать это правом, а не обязанностью муниципалитетов просто в силу того, что и характер актов, которые принимаются на уровне не чувствительном часто для бизнеса и, во-вторых, кадров соответствующих квалифицированных и ресурсов на таком уровне не имеется в достаточности.

Очень важна практика публичных консультаций. Действительно, уже наработан довольно неплохой массив этих отношений, но важно, чтобы они были не формальными, а реальными, чтобы аргументы в самом деле воспринимались всеми участниками процесса. Для этого мы считаем необходимым разработать методику проведения публичных консультаций, такой вот стандарт, унифицированные требования к процедурам для всех участников процесса, которые помогли бы им принимать эффективные решения.

С точки зрения повышения эффективности института ОРВ важно отношение федеральных органов исполнительной власти к этому. К сожалению, далеко не всегда оно является в этом смысле эффективным. Здесь нужна, видимо, в большей степени персональная ответственность разработчиков актов и руководителей федеральных органов исполнительной власти. У нас за последние годы более 100 случаев уклонения от проведения процедур оценки регулирующего воздействия. Коллеги ссылаются на серьёзные причины, которые требуют ускоренного принятия соответствующих актов, но вот темпы и качество не должны здесь переходить в противоречия. Часто нарушаются процедуры. Например, фактически в отчётах ФОИВ умалчивается о мнениях, высказанных в ходе публичных консультаций, или происходит своеобразная подмена, то есть на оценку направляется одна редакция законопроекта, а затем принимается решение по другой редакции законопроекта. Это, конечно, недопустимая практика.

Очень важно принять ряд решений в области, с одной стороны, упрощения процедуры оценки регулирующего воздействия, а с другой стороны, решение, которое позволяло бы повысить ответственность и эффективность этих решений. Первое – мы хотели бы внести предложение об уточнении предметной области ОРВ, распространить её на проекты актов, которые устанавливают, в частности, обязательные требования к зданиям и сооружениям, а также на проекты актов в области государственных и муниципальных закупок. Второе – это предложение об отказе размещения уведомлений о подготовке проектов, которые имеют низкую степень регулирующего воздействия, оставив это только для средней и высокой степени регулирующего воздействия документов.

Третье – это заполнение сводных отчётов об ОРВ в зависимости от степени регулирующего воздействия. Опять-таки для актов, которые связаны с низкой и средней степенью оценки, это серьёзное упрощение процедуры, минимизация формальностей и соответствующих процедур и оставление требований о полных отчётах лишь для актов, которые связаны с высокой степенью регулирующего воздействия на бизнес.

Четвёртое – это замена календарных дней, которые вычисляются процедурой, рабочими днями, потому что мы знаем практику, когда фактически основное время публичных консультаций таким образом планируется, что они попадают на выходные и праздничные дни. К своеобразным уловкам коллеги прибегают, и, конечно же, это должно быть устранено.

Пятое – это установление такого своеобразного принципа одного окна, когда проекты актов на сайте regulation.government.ru размещаются один раз для нескольких целей: и для цели оценки регулирующего воздействия, и для цели антикоррупционной оценки, и в других случаях. Это позволит серьёзно сократить время для разработки и принятия нормативно-правовых актов.

Очень важно, чтобы на этом же сайте размещались не только проекты актов, но и окончательная редакция принятого нормативного акта, с тем чтобы мы могли обеспечить прослеживаемость всеми заинтересованными лицами, так сказать, истории вопроса, что было на входе и что было на выходе, чтобы исключить негодные практики безответственного подхода к этому процессу.

Конечно же, очень важно то, что сказал Председатель Правительства во вступительном слове, – установить оценку фактического воздействия документа. Действительно, мы предлагаем по истечении определённого срока, например три года, проводить оценку с точки зрения того, в самом ли деле те цели, которые были заявлены при разработке нормативного правового акта, достигаются, какова реакция бизнеса на это дополнительное регулирование, на самом ли деле оценка регулирующего воздействия такая, какая предполагалась при разработке нормативно-правового акта.

Ещё несколько предложений, которые мы считали нужными для улучшения работы института оценки ОРВ. У нас сейчас нормативные акты принимаются в огромном количестве, у нас ежегодно 20 тыс. нормативно-правовых актов разного уровня принимается. Общий массив сейчас действующих – это примерно 160 тыс. нормативно- правовых актов федерального и регионального уровней.

При этом такой большой массив для бизнеса всегда является неожиданностью. Бизнес не готов зачастую к принятию нормативно-правовых актов, у него возникают серьёзные дополнительные транзакционные издержки. В этой связи мы считали бы правильным включение положения об определённости сроков вступления в силу нормативно- правовых актов. Так, например, с нашей точки зрения, было бы целесообразно установить две даты в году, когда вступают в силу правовые акты, и чтобы между этими датами они в силу не вступали. И срок не менее шести месяцев после опубликования до вступления в силу нормативно-правового акта, чтобы все участники процесса, деловое сообщество имело возможность донастроить свои бизнес-процессы и таким образом избежать дополнительных издержек.

Второе. Международная практика разработала так называемый принцип one in – one out. Это означает, что установление новых регулятивных требований к бизнесу должно сопровождаться одновременной отменой уже существующего регулятивного обременения в той же области правового регулирования, как и предлагаемая новация.

Третье. Между сроками принятия нормативного акта и сроками окончания реализации подготовительных мероприятий существует значительный промежуток времени. Даже в том случае, если будет установлен срок, этот шестимесячный график вступления в силу нормативно-правовых актов, всё равно зачастую компаниям, предпринимателям требуются большие возможности для принятия соответствующих решений. Поэтому мы предлагаем при необходимости создать возможность принятия мер переходного и временного характера, которые позволили бы сделать более плавным внедрение дополнительных регулятивных требований.

Следующий момент. Дело не только в том, что велики объёмы регулирования, которое вводится нормативно-правовыми актами, но зачастую всё-таки мы не можем правильно оценить возникающие факторы риска для бизнеса и таким образом принимаем фактически избыточно обременительные решения для бизнеса. В этой связи мы предлагали бы закрепить возможность проведения по решению Председателя Правительства Российской Федерации правовых экспериментов в течение определённого периода времени на отдельно взятых территориях. Это позволило бы обкатать дополнительную, новую регуляторику и увидеть, в самом ли деле достигаются цели, которые были заявлены, и какой ценой они достигаются.

Эти новации мы обсудили с экспертным сообществом. Мне кажется, в основном отношение к этому позитивное. Сейчас подготовлен в рабочем порядке проект соответствующего постановления Правительства, коллеги уже имеют возможность с ним ознакомиться.

Мы, конечно, не хотели бы, чтобы это решение принималось быстро, потому что это очень серьёзные изменения в работе института оценки регулирующего воздействия, но мы предлагаем дать нам поручение, чтобы к 1 октября эту работу завершить.
Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Я зашёл как раз на этот regulation.gov.ru, тут масса документов без текста. Удивительная история! Вот, например, закон «О внесении изменений в Закон "О драгоценных металлах и драгоценных камнях"», дата последнего обновления – 15 апреля 2014 года. Дата создания паспорта – тоже 15 апреля, текста нет.

Ведомственный приказ об утверждении формы и формата предоставления налоговой декларации по налогу на добычу полезных ископаемых в электронном виде, автор – ФНС России. Заходишь внутрь – текста нет. Это профанация просто. Надо с этим разобраться.

Что это такое? Вешают документы, и непонятно, что дальше-то.

А.Улюкаев: Дмитрий Анатольевич, я принимаю эту претензию. Мы разберёмся.

Д.Медведев: Безобразие просто! Посмотрите, Алексей Валентинович. Хуже нет, чем сначала анонсировать возможность что-то обсуждать, а потом человек залезает внутрь, а там – стена.

Ладно, спасибо. Предложение мы тоже услышали.

Пожалуйста, Владимир Сергеевич (обращаясь к В.Лисину), вам слово.

В.Лисин (член Экспертного совета при Правительстве России, председатель совета директоров открытого акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат»): Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Уважаемые господа, я бы хотел просто обратить внимание, что из тех 24 тыс. нормативных актов, которые были приняты в прошлом году, 2,5 тыс. прошло через оц1енку регулирующего воздействия Министерства экономического развития. Минюст зарегистрировал 4,5 тыс. из 6 тыс., 1,5 тыс. вернулось назад, 97 актов в день. Я понимаю, что оценка регулирующего воздействия для бизнеса –болезненная ситуация, но я понимаю, что таким образом справиться ведомству (это не в поддержку, просто я это понимаю) физически невозможно. Конечно, главная задача всё- таки – убирать такое количество актов. Как повысить долю? Наверное, можно увеличить количество специалистов, которые будут заниматься в Минэкономразвития этим вопросом. Но, на мой взгляд, Минэкономразвития должно заниматься скорее методологией и контролем над этими вопросами.

Наверное, следует развивать систему аутсорсинга в бизнес-сообществе и экспертные советы, в том числе в рамках Открытого правительства, благо уже опыт этот есть.

Безусловно, большое количество вопросов регулировать на уровне законов. Выпуская законы прямого действия, мы сократим количество подзаконных актов. Из 24 тыс. у нас в прошлом году было 500 законов. Какая-то часть материалов должна туда уходить, для того чтобы подзаконными актами потом их не закрывали.

Самое лучшее, конечно, – сокращать количество. Действительно мировая практика говорит и показывает в последнее время, что не один к одному, а вообще-то один к трём, а то и один к пяти делается. Во многих странах, если хочешь принять новые подзаконные акты или законы, будь добр, три предыдущих или старых ликвидируй. Нам хотя бы один к одному, начать уже с чего-то. Мне кажется, это очень важная составляющая, и здесь я поддерживаю абсолютно министра.

Необходим простой алгоритм сортировки выпускаемых нормативных актов, потому что мы понимаем, что есть «болезненные» акты, которые явно и сильно отражаются на бизнесе. Конечно, в этой ситуации, понимая, что эти акты, как правило, находятся под контролем, большим прессингом сроков выполнения этих актов, ведомство в любом случае всеми силами, правдами и неправдами будет вынуждено его пропускать, для того чтобы выполнить срок прежде всего. А как правило, такие «болезненные» наиболее чувствительны. Здесь, конечно, требуется разделение этих актов. Есть абсолютно бессмысленная часть, которой не стоит, может быть, и заниматься серьёзно, а есть чувствительные.

Что касается экспертного сообщества. Я думаю, что всё-таки надо вводить практику, когда те акты, которые принимаются, и те законы, которые принимаются... Мы должны видеть своих героев. Если ведомство использовало экспертов в этом вопросе, пусть эти эксперты привлекаются прозрачно, чтобы мы понимали, кого же, собственно, привлекли к экспертной работе. А то очень часто это люди совершенно из других отраслей, а числятся как эксперты.

Необходимо, конечно, однозначно регламентировать требования к пояснительным запискам, потому что, как правило, и я думаю, что меня поддержат многие здесь, пояснительная записка первая, выходящая перед законным актом, не соответствует тому, что получается в конце. Такая, знаете, национальная игра: говорим одно, пишем в пояснительной записке другое, в законе появляется третье, в результате получаем четвёртое, отчитываемся за пятое и говорим о шестом. Вот такая ситуация сегодня с точки зрения того, что мы, собственно, с одной стороны, не оцениваем то, что получилось по акту, а с другой стороны, когда вводим какой-то подзаконный акт, фактически не объясняем зачем, не оцениваем ни экономическую эффективность, ни целесообразность или пишем это формально.

Негативный пример подтверждения могу привести: приказ Минтранса о деревянных щитах, которыми необходимо уложить железнодорожные вагоны, для того чтобы металлолом не просыпался. Мы, конечно, обратились к вице-премьеру, Аркадий Владимирович отменил этот акт, но в результате следующее: для того чтобы поддонами оборудовать вагоны, нам необходимо было, по оценке, 11 млрд рублей, а потери от того, что просыпался металлолом, 100 млн рублей. Вот и оценка, собственно, такого акта. Акт, слава богу, отменили, но тем не менее это конкретный пример.

В то же время мы говорим о том, а какой способ легальный. Невозможно же каждый раз обращаться к вице-премьерам по отмене тех или иных действий. Тем не менее этот акт таким образом был принят и в работу вошёл.

Конечно, необходимо провести качество процедуры ОРВ, добавить понятный и публичный порядок обсуждения. Почти нет обратной связи о причинах учёта или неучёта представленных замечаний. Заявленная важная модель, когда должна сначала обсуждаться концепция и разработка закона, потом разрабатываем нормативно-правовой акт строго в соответствии с согласованной концепцией, – это сегодня не работает. Как правило, в представленной концепции формальный характер, часто в рамках ОРВ обсуждается неактуальная версия. На сайте висит одно, а в кабинетах обсуждается другое, в результате эксперты представляют данные, им говорят: ребята, эта версия устарела, мы уже другую делаем. То есть, таким образом, выставленное на публичное обсуждение, как правило, уже может оказаться обсуждением второй и третьей версии.

Наличие указанных проблем даёт возможность проскочить ОРВ. Почему ведомства часто такой возможностью пользуются, я уже сказал. Это на самом деле ситуация, когда сроки поджимают ведомства, для того чтобы принять решение. Соответственно, приходится отвечать за сроки, а за качество ОРВ никто, собственно, не отвечает. Даже на уровне вице-премьеров присутствует очевидный конфликт интересов. Они должны быть независимыми арбитрами по снятию разногласий, при этом отвечая за продвижение интересов курируемых отраслей, что часто входит в противоречие с оценками.

Почти со всеми описанными проблемами мы столкнулись, например, в рамках рассмотрения лоббируемого в настоящее время вопроса об искусственном ограничении срока службы действующих вагонов с целью поддержки спроса на продукцию вагоностроительных предприятий. Во-первых, сложность системы регулирования самих актов, которые предлагаются, наличие конфликта интересов у разработчиков документа – у Минпромторга, отсутствие прозрачной оценки экономических последствий для всех заинтересованных групп. При этом достаточно существенно (десятки, сотни миллиардов рублей) влияние этих законодательных актов. Принятие решения в виде протокола вице- премьера, который не является нормативным актом, не проходит ОРВ, но исполняется органами исполнительной власти и несёт вполне материальные последствия.

И я хотел бы сказать следующую вещь. Я абсолютно поддерживаю выступление министра в том, что касается муниципалитетов. Мы вчера, в канун подготовки к совещанию, провели такой экспресс-анализ, как работает ОРВ в регионах. Я могу назвать регионы, могу сказать лучшие и худшие, мы посмотрели по пяти. Раздел на сайте, например, новые регионы, вывешены проекты НПА, их возможная критика, комментарии направляются только самому разработчику по электронной почте, реальный учёт этих разработок непонятен, может, сами себе написали. Заключение ОРВ пишет сам разработчик, сам написал, сам оценил. Все просмотренные заключения были положительными.

В другом регионе на сайте только информация, что процедура вводится, но ни проектов, ни обсуждений нет.
Третий регион. На сайте профильного департамента вывешено только заключение об ОРВ, всего пять по актам, публичной консультации не проводится, четыре заключения так и не написаны.

И два лидера оказались на удивление, я их всё-таки назову.

Свердловская область. Очень подробный раздел, вывешиваются даже федеральные ОРВ, по собственным инициативам дан полный комплект уведомлений, сводный отчёт, вопросы для обсуждения, заключения. По действующей ОРВ можно принять участие в онлайн-обсуждении. Всё очень прозрачно, подробно. На мой взгляд, это best practices.

Калужская область, как ни странно, наш лидер, но самый худший сайт. О чём это говорит? О том, что ОРВ, с одной стороны, в принципе не является панацеей, с другой стороны, успехи этого региона говорят о том, что всё зависит от лидера. Потому что в данном случае если ему не требуется, он сегодня создаёт условия для развития бизнеса, вполне возможно, ОРВ не всегда срабатывает как таковое, может быть, ему это и не нужно.

Я хотел бы сказать следующее в заключение, что я считаю необходимым поддержать доклад министра и предложения, концепции, которые здесь выдвинуты. Однако хотел бы, чтобы всё-таки вариант ОРВ так называемый 3.0 (новый вариант) был к концу года.

Нам требуется время, мне кажется, за три месяца мы всё-таки доделаем, учитывая концепцию, учитывая, что есть несколько вопросов, которые надо немножко продумать. Я просил бы просто дать срок по подготовке нового 3.0 ОРВ до конца года. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Исходя из того, что мы услышали в докладе министра и в выступлении представителей наших экспертных кругов и бизнеса, в принципе ОРВ – это прогрессивная история, и хорошо, что мы это всё затеяли. Но картина очень пёстрая – это первый вывод, который напрашивается, и не только на региональном уровне, о чём красноречиво свидетельствует обзор различных сайтов регионов, но и на федеральном уровне.

По каким-то (я посмотрел) разделам много документов висит, отсылки, естественно, к текстам документов, по каким-то значимым сферам документов почти нет, а отсылки ведут в никуда. Это означает, что таково отношение руководителей ведомств. Обратите на это внимание, я имею в виду членов Правительства и руководителей федеральных органов исполнительной власти.

Во-вторых, очевидно, что нужно повышать долю оценки регулирующего воздействия (о чём все здесь говорили, это справедливо), но повышать так, чтобы мы с этим справились.

Наверное, не все документы нужно оценивать, но баланс между теми, которые оцениваются, и теми, которые не подлежат оценке, должен смещаться в первом направлении.

Третье, о чём хотел бы сказать, – это в целом нормальное, не бюрократическое отношение к этой идее. Не просто вывесить какие-то документы и забыть об этом. В этом случае лучше ничего и не делать. Очевидно, что через оценку регулирующего воздействия должно происходить улучшение качества нормативного документа.

И ещё один вопрос здесь звучал. Должна быть прозрачность тех, кто проводит эту оценку, кто судьи по документу. Потому что, очевидно, это должны быть представители экспертных кругов, представители отрасли в большинстве случаев, которые разбираются в проблеме, а не просто отраслевые лоббисты или же люди, вообще не имеющие отношения к этой теме.

И последнее, на чём тоже хотел бы сконцентрировать внимание, – это действительно проблема обратной связи. Я об этом говорил: если мы всерьёз этой темой занимаемся, эта обратная связь должна начинаться с момента помещения акта для обсуждения и завершаться уже в момент принятия решения о том, насколько успешным является действующий нормативный документ через два-три года после вступления его в силу.

Вот на это просил бы обратить внимание министерства, и, надеюсь, в этом примут участие наши коллеги-эксперты.

Спасибо. Решение примем. Для того чтобы подготовить новую концепцию, я согласен, можно дать большее время. Договорились.

Правительство России

Поделитесь